"Принц,положивший конец сказке о голубой крови.
Возможно, это были сказки Шарля Перро.
Или, может быть, старые средневековые легенды, которые
изображали королей существами, отличными от остальных смертных.
Европа веками была убеждена, что существует другая кровь, предназначенная для правления.
Синий, говорили они метафорически.
Кровь, призванная увековечить себя в венцах.
Любопытно отметить, что тот, кто разрушает эту легенду, - это двадцатилетний мальчик в поношенных кроссовках, широких штанах, с пивом в руке и с музыкальным фестивалем в качестве последней остановки
перед тем, как на неделю сесть на датский трон.
В то время как его родители, Фридрих X и Мэри,
,
Кристиан, наследник, принял на себя регентство королевства.
Это жест, предусмотренный Конституцией Дании, он продлится всего несколько дней, но несет в себе мощный заряд.
Молодой человек, которого сорок восемь часов назад записали танцующим среди тысяч других, будет тем, кто подпишет государственные документы и будет представлять преемственность одной из старейших монархий на планете.
Его образ подводит итог XXI веку. Кристиан принадлежит к
, вероятно, династии, которая больше всего подпитывала миф о голубой крови.
На протяжении нескольких поколений она была великим экспортером монархов. Если Габсбурги собирали территории, а Бурбоны унаследовали короны,
то Глюксбурги распределяли королей по Европе.
Его генеалогическое древо стало путаться с политической картой континента. Нынешний наследник этого рода -
мальчик, больше похожий на любого студента колледжа, чем на сбежавшего персонажа с портрета Веласкеса. Это вызвало споры в Европе, не столько в Дании.
За то, что выпил пива, обнял друзей или потанцевал на концерте.
Должен ли будущий король жить подвешенным в стеклянной урне?
Образы молодого человека, отстаивающего свое право дожить до двадцати лет, и европейская реакция отражают это противоречие между личной жизнью и институциональной ролью.
Кристиан принадлежит к поколению Z.
Он провел «год разрыва», работая на африканских фермах, одеваясь неформально и посещая фестивали.
В то же время он сохраняет чувство долга, которого требует датская монархия.
Военная подготовка, институциональная дисциплина, осмотрительность и образование, направленное на понимание того, что однажды каждый жест будет иметь политические последствия.
Он может с потрясающей естественностью перейти от музыкального фестиваля к заседанию Государственного совета.
Этот контраст определяет его профиль как наследника.
Настоящее наследие, которое он получает, - это вес его имени.
Когда он взойдет на престол, он станет
Кристианом XI, одиннадцатым датским королем, который будет носить это имя.
Ему предшествовали монархи, которые завоевывали территории, пережили войны или символизировали сопротивление нацистской оккупации. У него будет совсем другая миссия. Ему нужно будет убедить поколение, которое больше не верит в наследственные привилегии, в то, что монархия по-прежнему полезна. Кровь Глюксбургов всегда была красной. Голубым было расстояние и идея, что король принадлежит к другому роду. Кристиан знает, что с такого расстояния им больше нельзя управлять. Сегодня наследник может танцевать на фестивале в четверг и исполнять обязанности главы государства в субботу. Это один из ключей к монархии будущего."